![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
falcrumСтранная макулатура. Ме-едленно ползущий сюжет, герои в повседневной речи изъясняются где-то вот таким макаром:
"Еще год назад я, самая обычная девчонка, окончила общеобразовательную школу в своем родном городишке, и думать не думала ни о какой магии. ...
Было то в конце февраля, в день, когда Солнце пробило наконец тяжелую завесу темных зимних туч и ярким сиянием залило все вокруг. Под напором его лучей начал таять снег, и капель весело, по-весеннему, затренькала с крыш. На душе стало беспричинно радостно, и я ничуть не обеспокоилась, когда какая-то старая карга, пристроившись к моему лотку, стала перебирать лежащие на нем вещи."
Семнадцатилетние вьюноши и девицы ведут себя, как ученики начальных классов. Попытки автора вплести в земную историю магов ничего, кроме хихиканья, не вызывают.
В общем, мучал я себя потихоньку, но, когда попёрло либеральное говно, немедля спустил продукт в унитаз:
"Уютный старый городишко, размером едва ли не меньше Игримска, однако какой контраст - словно разные планеты. Здесь во всем чувствовалось спокойствие, сытость и довольство ... Даже лица людей другие - более безмятежные, одухотворенные. Эрик вспомнил свой родной город - вечно куда-то спешащий народ, несущийся прямо под колесами грузовиков, серое от беспробудной тоски и безнадежности выражение глаз, часто одурманенное алкоголем, наркотиками или телесериалами. Ему почему-то вдруг остро не захотелось возвращаться в тот мир - даже временно, на каникулы."
Выродков, ненавидящих свою страну, читать желания не имею.
"Еще год назад я, самая обычная девчонка, окончила общеобразовательную школу в своем родном городишке, и думать не думала ни о какой магии. ...
Было то в конце февраля, в день, когда Солнце пробило наконец тяжелую завесу темных зимних туч и ярким сиянием залило все вокруг. Под напором его лучей начал таять снег, и капель весело, по-весеннему, затренькала с крыш. На душе стало беспричинно радостно, и я ничуть не обеспокоилась, когда какая-то старая карга, пристроившись к моему лотку, стала перебирать лежащие на нем вещи."
Семнадцатилетние вьюноши и девицы ведут себя, как ученики начальных классов. Попытки автора вплести в земную историю магов ничего, кроме хихиканья, не вызывают.
В общем, мучал я себя потихоньку, но, когда попёрло либеральное говно, немедля спустил продукт в унитаз:
"Уютный старый городишко, размером едва ли не меньше Игримска, однако какой контраст - словно разные планеты. Здесь во всем чувствовалось спокойствие, сытость и довольство ... Даже лица людей другие - более безмятежные, одухотворенные. Эрик вспомнил свой родной город - вечно куда-то спешащий народ, несущийся прямо под колесами грузовиков, серое от беспробудной тоски и безнадежности выражение глаз, часто одурманенное алкоголем, наркотиками или телесериалами. Ему почему-то вдруг остро не захотелось возвращаться в тот мир - даже временно, на каникулы."
Выродков, ненавидящих свою страну, читать желания не имею.