![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
falcrumАвтор продолжил цикл (вот это поворот!) «Алхимик» второй и третьей частями:
«Интересный момент, когда я в очередной раз выполз из каюты, распугивая народ позеленевшим лицом, оказавшийся поблизости купец между делом обронил крайне любопытную ремарку по поводу особого неприятия морских путешествий. В том смысле, что если вы, мол, плохо переносите волны, то вам, возможно, стоило воспользоваться услугами воздушных судов Хорса.
Я не сразу сообразил, о чем идет речь, больно уж мутило рассудок. А как сообразил, то натуральным образом застыл, раскрыв от изумления рот.
Торгаш говорил, ни много ни мало, о самых что ни на есть настоящих дирижаблях.
Дирижаблях!!! Чтоб им пусто было!!! Тех самых огромных пузатых штуковинах, которые поднимаются в воздух и умеют летать.
Сказать, что я охренел, это ничего не сказать. В голове сразу мелькнула грустная мысль осознания, насколько я все-таки до сих пор мало знаю об этом мире. И как это сильно выдает во мне чужака.»
«Всегда должно быть три точки опоры» - первая заповедь скалолаза:
«– Не беспокойтесь, надолго мы не задержимся, – уверил капитан Махани, ловко взбираясь на бортик. Одна рука его по привычке ухватилась за ближайшую стропу, не давая упасть.
В первое утро после ухода из Саграсы я едва не свалился в море, мучимый дикой качкой. Меня едва успели поймать, схватив за лодыжку. Тогда один матрос высказал очень мудрую мысль: находясь на борту, помни, что тебе принадлежит лишь одна рука, а вторая всегда кораблю.»
Да-а, а ещё раньше только вслух читали:
«Остаток дня провел за алхимическими фолиантами, оставшимися более или менее целыми после купания. За это время успел прочитать-просмотреть-пролистать столько всего, сколько до этого момента никогда не делал.
Очень сильно помогла моя вторая половинка, привнесенная из Земли двадцать первого века – дитя интернета, рожденная в век информации, способная перегонять через себя тонны информации, выделяя из вороха сведений самое важное. И не просто выделять, а усваивать и запоминать.
Пожалуй, подобный фокус не смог бы провернуть и сам Пауль Гренвир. Вот насколько жители обычного средневековья (пусть и магического) отличались от людей, привыкших жить в сумасшедшим ритме информационного изобилия.
Читать по отдельным словам? Да бросьте! Можно выхватывать целые блоки. Пропускать лишнее, акцентироваться на главном, даже не читая в полном смысле этого слова, а сканируя текст.»
Ну, латынь такая себе - что удивительного-то?
«Да, звучало дико, но Йогар-гал взялся обучать меня, в первую очередь для того, чтобы уметь контролировать собственный дар, оттягивая момент полного испепеления силой Нимуранского свитка, скрытого в истинном даре алхимика.
Но учеба касалась не только методик управления магией и создания малых форм простейших чар. Божок также учил другим языкам. Точнее одному языку, самому главному.
Такшианский – протоязык. От него произошли все языки и наречия в Эпоху Раздора. А уж из них спустя много веков сформировался общий, на котором ныне разговаривали все разумные в этом мире.
Сейчас такшианский считали мертвым языком. Знающие, особенно в лице последователей Искусства, применяли его в магических формулах и для записей книг, не предназначенных для лишних глаз.»
А внезапная смерть тогда была неизбежной до обыденности:
«Вообще, жители Хорса удивительно быстро оправились. Не в физическом плане, в психологическом. Словно война уже отгремела и наступили мирные дни. И плевать, что всего пять-шесть часов назад вовсю шли боевые действия.
Странное отношение, наверное, связано со средневековым менталитетом людей. Ну война и война, подумаешь, не откладывать из-за такой ерунды сделки. Сегодня деремся, завтра миримся, организуем торговлю. Ну или как-то так.»
Повороты сюжета настолько лихи, что постоянно удивляешься, как на каждом из них героя не раскатало в блин - однако, продолжение следует...
«Интересный момент, когда я в очередной раз выполз из каюты, распугивая народ позеленевшим лицом, оказавшийся поблизости купец между делом обронил крайне любопытную ремарку по поводу особого неприятия морских путешествий. В том смысле, что если вы, мол, плохо переносите волны, то вам, возможно, стоило воспользоваться услугами воздушных судов Хорса.
Я не сразу сообразил, о чем идет речь, больно уж мутило рассудок. А как сообразил, то натуральным образом застыл, раскрыв от изумления рот.
Торгаш говорил, ни много ни мало, о самых что ни на есть настоящих дирижаблях.
Дирижаблях!!! Чтоб им пусто было!!! Тех самых огромных пузатых штуковинах, которые поднимаются в воздух и умеют летать.
Сказать, что я охренел, это ничего не сказать. В голове сразу мелькнула грустная мысль осознания, насколько я все-таки до сих пор мало знаю об этом мире. И как это сильно выдает во мне чужака.»
«Всегда должно быть три точки опоры» - первая заповедь скалолаза:
«– Не беспокойтесь, надолго мы не задержимся, – уверил капитан Махани, ловко взбираясь на бортик. Одна рука его по привычке ухватилась за ближайшую стропу, не давая упасть.
В первое утро после ухода из Саграсы я едва не свалился в море, мучимый дикой качкой. Меня едва успели поймать, схватив за лодыжку. Тогда один матрос высказал очень мудрую мысль: находясь на борту, помни, что тебе принадлежит лишь одна рука, а вторая всегда кораблю.»
Да-а, а ещё раньше только вслух читали:
«Остаток дня провел за алхимическими фолиантами, оставшимися более или менее целыми после купания. За это время успел прочитать-просмотреть-пролистать столько всего, сколько до этого момента никогда не делал.
Очень сильно помогла моя вторая половинка, привнесенная из Земли двадцать первого века – дитя интернета, рожденная в век информации, способная перегонять через себя тонны информации, выделяя из вороха сведений самое важное. И не просто выделять, а усваивать и запоминать.
Пожалуй, подобный фокус не смог бы провернуть и сам Пауль Гренвир. Вот насколько жители обычного средневековья (пусть и магического) отличались от людей, привыкших жить в сумасшедшим ритме информационного изобилия.
Читать по отдельным словам? Да бросьте! Можно выхватывать целые блоки. Пропускать лишнее, акцентироваться на главном, даже не читая в полном смысле этого слова, а сканируя текст.»
Ну, латынь такая себе - что удивительного-то?
«Да, звучало дико, но Йогар-гал взялся обучать меня, в первую очередь для того, чтобы уметь контролировать собственный дар, оттягивая момент полного испепеления силой Нимуранского свитка, скрытого в истинном даре алхимика.
Но учеба касалась не только методик управления магией и создания малых форм простейших чар. Божок также учил другим языкам. Точнее одному языку, самому главному.
Такшианский – протоязык. От него произошли все языки и наречия в Эпоху Раздора. А уж из них спустя много веков сформировался общий, на котором ныне разговаривали все разумные в этом мире.
Сейчас такшианский считали мертвым языком. Знающие, особенно в лице последователей Искусства, применяли его в магических формулах и для записей книг, не предназначенных для лишних глаз.»
А внезапная смерть тогда была неизбежной до обыденности:
«Вообще, жители Хорса удивительно быстро оправились. Не в физическом плане, в психологическом. Словно война уже отгремела и наступили мирные дни. И плевать, что всего пять-шесть часов назад вовсю шли боевые действия.
Странное отношение, наверное, связано со средневековым менталитетом людей. Ну война и война, подумаешь, не откладывать из-за такой ерунды сделки. Сегодня деремся, завтра миримся, организуем торговлю. Ну или как-то так.»
Повороты сюжета настолько лихи, что постоянно удивляешься, как на каждом из них героя не раскатало в блин - однако, продолжение следует...