![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
falcrumШестая часть цикла «Помни о жизни» - и, похоже, последняя...
Дожили почти-бессмертные до социальных потрясений:
«- Так мы вроде бы и не революцию тут затеяли...
- Совершенно точно. Но именно с громогласного протеста и начинается переделка общества по справедливости.
- Смотри, чтоб нас самих в покойников не переделали, - нервно хихикнул щуплый Мариар, кивая в сторону стрелков на лестнице магистрата.
- Не посмеют, - убедительно заявил агитатор. - Стрелять в людей, которые завтра пойдут на войну, неразумно. Власти это понимают. Кому же потребны враги за спиной воюющей армии?
Умом Майрра понимала, что мужичонка-подговорщик прав, но что-то мешало верить каждому его слову. В голову пришло достойное сравнение: когда на погребении голосит вдова - убедительно, а когда наемные плакальщицы - горе родни выглядит ненастоящим.»
Про тёток - по-прежнему прекрасно:
«Майрра так и сделала - задумалась. Сказать по правде, делала она это редко и только по крайней необходимости, но даже небольшое усилие принесло неожиданные плоды.»
Впрочем, как и про юных (и не очень) дев:
«- Спасите Раммана, - прошептала Илуфэр и посмотрела так, как умеют только очень юные девушки, пока верят, будто огромные и полные слез глазищи могут повлиять на решение мужчины.»
И о "тяжкой" доле аристократов:
«Взрослый мужчина может прожить без огромного количества удобств. Он спокойно обойдется без табака, чистых салфеток, столовых приборов и даже, пес раздери, без свежих рубашек. И только отсутствие одной вещи может свести с ума - отсутствие новостей. Не знать, на каком свете находишься, не ведать, что происходит за стенами кладовки - вряд ли господа республиканцы могли выдумать пытку страшнее для такого человека, как Рамман Никэйн. Лучше бы его не кормили, честное слово.»
Недурно. Начавшим изучение эпопеи уж точно не следует не дочитывать до конца.
Дожили почти-бессмертные до социальных потрясений:
«- Так мы вроде бы и не революцию тут затеяли...
- Совершенно точно. Но именно с громогласного протеста и начинается переделка общества по справедливости.
- Смотри, чтоб нас самих в покойников не переделали, - нервно хихикнул щуплый Мариар, кивая в сторону стрелков на лестнице магистрата.
- Не посмеют, - убедительно заявил агитатор. - Стрелять в людей, которые завтра пойдут на войну, неразумно. Власти это понимают. Кому же потребны враги за спиной воюющей армии?
Умом Майрра понимала, что мужичонка-подговорщик прав, но что-то мешало верить каждому его слову. В голову пришло достойное сравнение: когда на погребении голосит вдова - убедительно, а когда наемные плакальщицы - горе родни выглядит ненастоящим.»
Про тёток - по-прежнему прекрасно:
«Майрра так и сделала - задумалась. Сказать по правде, делала она это редко и только по крайней необходимости, но даже небольшое усилие принесло неожиданные плоды.»
Впрочем, как и про юных (и не очень) дев:
«- Спасите Раммана, - прошептала Илуфэр и посмотрела так, как умеют только очень юные девушки, пока верят, будто огромные и полные слез глазищи могут повлиять на решение мужчины.»
И о "тяжкой" доле аристократов:
«Взрослый мужчина может прожить без огромного количества удобств. Он спокойно обойдется без табака, чистых салфеток, столовых приборов и даже, пес раздери, без свежих рубашек. И только отсутствие одной вещи может свести с ума - отсутствие новостей. Не знать, на каком свете находишься, не ведать, что происходит за стенами кладовки - вряд ли господа республиканцы могли выдумать пытку страшнее для такого человека, как Рамман Никэйн. Лучше бы его не кормили, честное слово.»
Недурно. Начавшим изучение эпопеи уж точно не следует не дочитывать до конца.